Поиск:
11:05, 22 ноября 2019, пятница
Версия для слабовидящих

Как спастись от "расчёски" и ледяной воды: советы уральского врача-каякера любителям сплавов

Источник: Городской портал Е1

Травматолог Андрей Журавлёв точно знает, как туристы гибнут на воде и почему нельзя привязывать детей к катамарану.


Андрей Журавлёв – врач-травматолог, который не боится водного экстрима.

Экстремалы, которые проходят порог Ревун, гораздо реже нуждаются в помощи спасателей, чем те, кто сплавляется по безобидным уральским рекам. Это точно знает Андрей Журавлёв, врач-травматолог из екатеринбургской ЦГБ № 23, сплавщик с большим стажем, преодолевавший Ревун на каяке.

Накануне майских праздников, когда соскучившиеся по активностям уральцы массово идут на сплавы, медик и опытный турист рассказал, от чего люди тонут и калечатся и где учат грамотному поведению на воде.

– Большая часть народа, которая ходит на катамаранах, считает, что можно не готовиться, – рассказывает Андрей Журавлёв. – Оттолкнулись и пошли. А люди гибнут при нарушении мер безопасности.

– Обычно на сплав неподготовленные туристы идут по довольно спокойным речкам. В чём тут опасность?

– Речки выглядят безобидно, но вода – это всегда опасность. Вода кажется мягкой, и мало кто задумывается над тем, что это вообще-то тонны движущегося вещества. Несмотря на кажущуюся безопасность и мягкость, вода является агрессивной средой. Особенно весной, когда реки разливаются, вода может идти по полям, затапливать леса, техногенные объекты, береговая линия очень далеко. Во время весеннего сплава особенно опасны "расчёски" – завалы из брёвен и упавших деревьев.


На каяках обычно ходят более опытные туристы.

– "Расчёски" – это что в переводе с водного языка?

– Наклонённые деревья, ветви с берега спускаются на воду, перекрещиваясь. Для воды "расчёски" и завалы не препятствие, только для катамарана. Вода поджимает плавсредство к завалу, начинает подмывать под ветки груз и людей, за ветви цепляются лямками и всем остальным. Катамаран легко может перевернуться. Во время паводка тяжело выплыть, так как вода как бы отгоняет волной плавающие предметы от берега на середину реки, в основном.

– Трудно из воды выбраться?

– Надо прилагать усилия, чтобы выбраться, и это не всегда получается сделать самому, потому что вода холодная. Даже если есть спасжилет, активные действия в воде – это 3-5 минут, потом кончаются силы, возникают апатия и безразличие, такое состояние очень опасно, человек легко может утонуть. Особенно если неправильно экипирован.

– Неправильно – это как, например?

– Например, одет в костюм химзащиты, в болотные сапоги, особенно если они к штанам привязаны. Человек попадает в воду, и они становятся как две гири. Они тянут по типу осьминога, тянут в сторону дна. Самостоятельно человек в такой одежде выбраться на берег не сможет физически. Представьте, и так силы быстро кончаются в холодной воде, и ещё одежда намокает – это плюс 100 килограммов веса. Все сложности преодолимы на наших реках, они считаются несложными, но нужно всё-таки готовиться, правильно подбирать экипировку, поучиться чему-то, почитать литературу по теории движения.


Гипсовая. Поломанные туризмом, грядками и жизнью люди оказываются на этой кушетке.


– У нас где-то можно пройти подготовку?

– Есть школа водного туризма, ребята-энтузиасты проводят бесплатные занятия. Информацию об этом, кстати, можно прочитать на форуме E1.RU. А вообще раньше туризм был более организованным, было много турклубов, и туда шли люди неслучайные и активно занимались подготовкой. Ещё в начале 90-х у каждого завода был свой клуб, своя команда со снаряжением, журнал техники безопасности. Потом, в случае половодья, разлива, туристам вообще запрещали выходить на воду. Группы просто разворачивались даже прямо с реки, искали другие маршруты или отменяли сплав. Сейчас ведь нет такого.

Например, на одной из рек построили трубопровод. Появился порог через всю реку, который легко переворачивал "четвёрки" (катамаран, рассчитанный на четырёх человек. – Прим. ред.) Полегло много, пока народ очухался, пока нашли, кого поставить выше по течению, чтобы всех останавливали. А у нас же многие вообще не умеют манёвры совершать, даже не знают, как правильно причалить на быстротоке. Им кажется, что сплавляться – это очень просто: оттолкнулись – и плыви.


Весенняя вода на Ревуне – отличная возможность для спортсменов потренироваться перед серьёзными водными походами.

– Вы напугали прямо! А детей, к примеру, с какого возраста можно на сплавы брать?

– Всё зависит от того, насколько подготовлены взрослые. Должно быть какое-то организующее звено, система безопасности, спасжилеты, шлемы. Были случаи, когда топили детей, потому что привязывали к катамарану. При переворачивании катамарана все, кто привязан сверху, тонут. Иногда люди просто запутываются в лямках катамарана или рюкзака. Должен быть нож для таких случаев, но часто его или нет, или достать не успевают быстро.

– На порог Ревун весной приезжают уже более подготовленные люди?

– Водники, сплавляющиеся в весеннюю высокую воду на пороге Ревун, – это люди высокой технической подготовки для сплава по бурной воде. Это спортсмены-туристы, которые дважды-трижды за сезон ходят в сплавы по серьёзным рекам, участвуют в соревнованиях. Они идут на катамаранах экипажами в "двойках", "четвёрках", на каяках, в самосплавы с веслом. Эти влюблены в стихию бурной воды и наиболее тонко чувствуют и понимают воду.


За годы работы в травматологии ни одного каякера-пациента не было.


– Такие в ваше отделение не поступают с травмами?

– У нас в отделении травматологии за годы моей работы здесь ни одного пациента-каякера не было. Хотя у них бывают специфические травмы – вывих плечевого сустава из-за особенностей нагрузки. Вправляют, но со временем это становится привычным вывихом, и уже спортсмен не может ходить на каяке, это большая проблема для них.

– А другие туристы в качестве пациентов оказываются здесь?

– Ежегодно к медицинским сотрудникам 23-й больницы обращаются туристические группы за лекциями по медицинской подготовке и оказанию первой медицинской помощи в условиях похода. Каждый год бывают люди, получившие травмы в длительных пеших или водных походах. После доставки в город они поступают в травматологию, к хирургам.

Но вообще, людей, получивших травму в походах, намного меньше, чем тех, кто пострадал в саду, например, или просто где-то в городе. В длительных походах обязательно назначается медик, собирается аптечка. Каждый участник серьёзных походов прекрасно понимает тяжёлые последствия даже небольших травм ввиду удалённости от населённых пунктов и возможности оказания медицинской помощи.


Правильная экипировка, знание теории движения и соблюдение техники безопасности – вот что спасёт сплавщиков.


– Вы сами как давно стали водником?

– Занимаюсь с 2001 года, на каяке, на катамаране. Катамараны – более универсальные плавсредства. А каяки есть сплавные и есть игровые, которые сделаны для выполнения всевозможных фигур, упражнений. Такой каяк останавливается любым водным препятствием, но им намного проще маневрировать. Сплавные каяки проще проходят водные преграды, сложнее переворачиваются, в них есть место для небольшого груза, снаряжения.

– Зачем медик, который ежедневно видит травмы, вот так проводит свободное время? Что вас привлекает в этом?

– Повседневная жизнь – это человеческий муравейник. Нужно как-то переключаться от этого. Кто-то отдыхает в огороде. Кто-то сидит на берегу озера. Но на берегах достаточно большая скученность. Что ещё из вариантов активного отдыха? Пешие походы, велотуризм и вода. А все остальное – ленивое времяпрепровождение. Есть люди, которым и этого достаточно.


Текст: Анастасия РОВНУШКИНА
Фото: Алёна ГРОМОВА / E1.RU; Виталий БОЧКАРЁВ

© 2002 - 2019 Администрация г.Екатеринбурга
© 2002 - 2019 Официальный портал г.Екатеринбурга

Главные новости города